– Это был вообще первый визит за океан, а тут еще и финал Кубка Стэнли. Города на максимальном расстоянии и оба сумасшедшей красоты. И деликатесные: Бостон – это омары, а Ванкувер – устрицы. Я был в диком восторге. Обе арены в плане комфорта вполне сопоставимы друг с другом, но имелись нюансы. В Ванкувере комментаторская позиция находится прямо надо льдом. Ты сидишь в так называемой «гондоле». Хотя мы привыкли к тому, что обычно ты работаешь на трибуне среди болельщиков. А в Ванкувере и еще в Монреале (из тех арен, где мне посчастливилось работать) ты словно подвешен над площадкой, с которой просматривается абсолютно весь лед.
– Нет. У нас до сих пор есть арены с комментаторскими кабинами, что, на мой взгляд, просто плохо. У меня как у комментатора это убивает ощущение причастности к происходящему на площадке и к зрителям. Сидеть в таком аквариуме так себе.
«Болел за тех, кто не играл»
– Конечно, персонально я переживал за Сергея Широкова и за Антона Худобина, которые тогда выступали за «Ванкувер» и «Бостон» соответственно. Там с ними и познакомился, к слову. К большому сожалению их «не одевали» ни на одну из игр финальной серии. Конечно, Худобину было сложнее пробиться в состав, в «Бостоне» блистал вратарь . А вот Широкова главный тренер «Ванкувера» вполне бы мог и выпускать, но не делал этого. Как жизнь показала – зря. И я приглашал ребят на комментаторскую позицию, мы выходили в эфир минут за пять до возобновления матча, и они подводили итоги завершившихся периодов. Было интересно.






