«Всё, что наше, будет нашим и никуда не денется». Виктория Сливко – о Златоусте и молодёжи

На прошедшем в Златоусте финальном этапе Альфа-Банк Кубка России по биатлону Виктория Сливко триумфально победила в спринте и гонке преследования. Хороший ход по дистанции и безошибочная стрельба позволили спортсменке обойти пропустившую старт из-за болезни Наталию Шевченко в общем зачёте Кубка России, а также завоевать «Малые глобусы» в зачётах спринтов и пасьютов. Побороться за «Глобус» по масс-стартам у Виктории не вышло: финальную гонку, как и первые старты Альфа-Банк чемпионата России в Тюмени, она пропустила по состоянию здоровья. В эксклюзивном интервью корреспонденту «Советского спорта» биатлонистка рассказала о подготовке к гонкам чемпионата России в Ханты-Мансийске и финального этапа Альфа-Банк Кубка Содружества в Мурманске, объяснила, почему стала капитаном команды в Прологе, сравнила молодое поколение спортсменок со своим и поделилась, чем любит заниматься в свободное время.

– Последнюю гонку в Златоусте вы пропустили из-за болезни. Каково ваше состояние здоровья сейчас?
– Да, по причине, скажем так, отравления я пропустила уже две личные гонки: одну в Златоусте, но она, в принципе, не помешала никаким раскладам в рейтинге, гонка в Тюмени (суперспринт. – Прим. «Совспорта») ещё вычитаться будет. Жалко, конечно, что это гонка чемпионата России, но ничего страшного, так бывает, что люди заболевают, спортсмены пропускают гонки. Я не расстраиваюсь, сейчас уже здоровье в порядке, я приступила к тренировкам, потихоньку уже начала кататься.

– Получается, речи о том, чтобы бежать в Тюмени, не шло?
– Да. Возможно, я смогу выступить в Увате, и, конечно, дальше уже Ханты-Мансийск и Мурманск.

– Но основная цель – Ханты-Мансийск?
– Конечно, основной чемпионат России будет в Ханты-Мансийске, там пройдут олимпийские дисциплины, женские и мужские эстафеты. Поэтому да, там основные гонки, в Тюмени и Увате – неолимпийские дисциплины, хотя, конечно, есть смешанные эстафеты. Очень жаль, что не смогла помочь региону, но так сложилось, такие обстоятельства, и я не могу ничего поделать. Думаю, если бы я сейчас бежала, это было бы очень плохо для моего здоровья и потом мне бы, скажем так, аукнулось в будущем. Но ещё есть гонки, которые нужно бежать, стараться и зарабатывать очки.

– Вы триумфально выступили в Златоусте, показав в спринте и в гонке преследования и хороший ход, и безошибочную стрельбу. Можно сказать, что вам этот стадион подходит больше, чем многим другим биатлонисткам?
– Я очень полюбила этот стадион ещё с прошлого года, когда у меня были успешные старты на Спартакиаде. В Златоуст я ехала с мыслями о том, что я просто буду хорошо выступать, просто буду бороться, стараться заработать очки для общего рейтинга СБР, но никак не биться или бороться за какие-то «Глобусы» – ни за малые, ни за общий зачёт, потому что отставания были очень большие. Максимум – я хотела побороться в масс-стартах, потому что там я была лидерам и там у меня была возможность взять «Глобус». Но в принципе я просто ехала с прекрасным настроением, понимала, что я в хорошей форме, потому что в Раубичах я все гонки пробежала очень достойно ходом, не было никаких западений, и я была уверена, что всё должно сложиться хорошо. Сложилась стрельба, плюс отличный ход, и получились вот такие отличные гонки (смеётся).

– Некоторые спортсмены отмечали, что во время гонок был достаточно сложный снег на трассе. Чувствовали ли вы, что он может быть проблематичным для быстрого хода?
– Нет, я не почувствовала, что он был каким-то тормозящим. Да, это натуральный снег, но была прекрасная погода, шикарно сделанная трасса, у меня в этом плане не было никаких проблем, сервис отлично сработал, лыжи у меня работали в каждой гонке прекрасно.

– Ожидали, что будут такие отставания на финише, учитывая, что в спринте топ-3 расположился в минуте, а в гонке преследования топ-10 был в четырех минутах?
– Не ожидала, конечно, что так будет, потому что, в принципе, все лидеры были. Девчонки, которые должны были и могли бороться, но что-то пошло не так, видимо, их подвела стрельба, может быть, было не самое хорошее самочувствие. Не могу сказать, почему так случилось, но, например, в Ижевске в гонке преследования, кажется, была такая же история – громадные отставания и очень мало девочек финишировали.

– Если возвращаться к Кубку сильнейших в Раубичах, насколько вы довольны тем, как прошёл для вас главный старт сезона? Всё же на подиум у вас подняться не получилось.
– Да, в личных гонках у меня не получилось заехать в топ-3, но мы с Евгением Сидоровым были третьими в одиночной смешанной эстафете, в большой смешанной с Кристиной (Резцовой), Сашей (Логиновым) и опять же Евгением мы победили. Было, конечно, очень радостно, и, наверное, это бальзам на душу, потому что не получились личные гонки: да, спринт и пасьют – топ-6, но это были не те места, к которым я была готова. Конечно, это сильно расстраивало, я думала, что всё должно получиться, есть же ещё масс-старт, индивидуальная гонка, но абсолютно все мои личные старты вышли каким-то провальными, со стрельбой я не могла справиться, Даже не знаю, какая была причина, потому что особо ничего я не поменяла, но в Златоусте я уже стреляла шесть нулей.

– После Раубичей, может быть, стали больше фокусироваться на стрельбе во время гонки? Была какая-то подобная цель?
– Не скажу, что была цель или что я зацикливалась на этом, просто пока я неделю между Раубичами и Златоустом тренировалась дома, работала, пыталась, думала, может быть, потише как-то стрелять, ещё что-то сделать, но никаких значительных изменений в винтовке не делала. Наверное, это была психология, может быть, какой-то момент у меня в голове, с которым я не смогла справиться, и он мне мешал. На самом деле, не могу ответить на этот вопрос, потому что сама абсолютно не понимаю, что могло произойти, что в Раубичах я не могу стрелять, а в Златоусте я стреляю все ноли (смеётся).

– Когда вы выходили на старт спринта в Златоусте, думали, что до Наталии Шевченко, пропустившей этап из-за болезни, преимущество над вами в 66 очков в общем зачёте и – 53 в спринтерском, то есть гонок хватает, чтобы ликвидировать этот разрыв?
– Не то, чтобы думала, понятно, что, когда нам сказали, что Наталия не побежит, что она серьёзно болеет, все, конечно, поняли, что она пропускает гонки и потеряет лидерство и в зачётах за малые «Глобусы», и в общем зачёте. Но у меня была прекрасная сильная соперница Кристина Резцова, плюс во всех рейтингах другие девочки были рядом, поэтому борьба была, и я не скажу, что мне просто так и как-то легко достались эти «Глобусы», всё равно нужно было показывать результат, нужно было справляться на рубежах, нужно было бежать. Ещё раз скажу: так бывает, что спортсмены болеют, все мы люди, бывает так, что и лидеры болеют, пропускают и лишаются «Глобусов». Думаю, что в таких ситуациях нужно просто оставаться человеком и переживать эти поражения и огорчения достойно, а дальше уже, наверное, работать с большей мотивацией, сделать выводы, может быть, быть более аккуратным со своим здоровьем.

– У вас в прошлом году же была похожая ситуация.
– Да, на самом деле, со мной в прошлом году тоже же случилась очень неприятная история, когда я в Мурманске заболела, уже больная бежала спринт, где заняла всего-лишь 11-е место, на следующую гонку уже не вышла и поэтому проиграла Кубок Содружества, тогда победила Ирина Казакевич. Но я не плакала, не жаловалась, никому не предъявляла: это моё здоровье, да, я допустила где-то ошибку, заболела, где-то была неаккуратна – но ничего страшного.

– Вы быстро смогли отпустить эту ситуацию?
– Абсолютно, я отпустила эту ситуацию, меня это вообще не расстраивает. Да и тогда я особо сильно не расстраивалась: я понимала, что могу выиграть Кубок Содружества, потому что до этого я немножко тоже уступала, мы с Динарой (Смольской) боролись. Но, видимо, не судьба, видимо, сверху было дано так, чтобы я не выиграла этот Кубок Содружества. Я считаю, что всё, что мы должны заработать, всё, что наше, оно будет нашим и никуда не денется.

– В успешный для вас Златоуст по состоянию здоровья не смог приехать ваш тренер Андрей Викторович Падин. Разговаривали с ним после гонок? Он поздравил вас с победой в Кубке России?
– Да, конечно, мы общались, я звонила Андрею Викторовичу после гонок, он мне сразу после моих финишей писал сообщения. Конечно, он был очень рад, в первую очередь, тому, что я смогла справиться со стрельбой, что я показывала прекрасный ход, и он был этим доволен.

– Он может даже после ваших хороших гонок найти, за что можно вас покритиковать?
– Он иногда говорит: «Ну как же так!» (смеётся). Он меня никогда не ругает, даже после самых моих плохих гонок. Он просто расстраивается за меня, потому что понимает, что я сильно готова, что я умею стрелять, но почему-то у меня не получилась. Эта неизвестность, наверное, его расстраивает. Он, правда, никогда меня не ругает, даже, наверное, не критикует, а сразу старается помочь и подсказать, что мне нужно сделать, чтобы в дальнейшем ничего похожего не произошло. Это не критика, а сразу трезвый анализ, выводы по гонке, по стрельбе, по моему самочувствию, на их основе уже принимается решение, как вести себя в следующей гонке, в будущем. Он всегда меня учит, подсказывает разные моменты – и как дистанцию пройти, и как психологически себя повести. Это человек, который для меня является и тренером, и другом, и товарищем, и братом, даже можно сказать, что он мне как отец, потому что он меня, скажем так, со всех сторон опекает, очень сильно за меня переживает, хочет, чтобы я добилась самых высоких результатов, чтобы я каждый раз их показывала.

– Представители Свердловской области в Златоусте, кстати, на пьедестал поднимались с флагом региона и рассказывали, что очень много их болельщиков приехало на гонки. Из Тюмени, по вашим ощущениям, много зрителей было?
– Если честно, не знаю, приезжали ли люди из моего региона или нет. Точно знаю, что была Луиза Николаевна Носкова (олимпийская чемпионка, Директор Тюменской областной спортивной школы олимпийского резерва по лыжным гонкам и биатлону. – Прим. «Совспорта»), но про болельщиков не скажу, я не же буду спрашивать, приехали зрители из Тюмени или другого региона (смеётся). Но могу сказать, что на стадионе была очень большая поддержка в мою сторону, даже когда я на разминке была, мне очень сильно кричали, независимо от того, с кем я ехала. Была история, когда мы с Кристиной Резцовой ехали, и мне кричали, а Кристине нет, и я даже подумала: «Ничего себе!» Все меня знали, многие просили сфотографироваться. Мне показалось, что меня очень сильно любят в Златоусте (смеётся).

– Публика в Златоусте в этом году стала ещё более поддерживающей, чем в прошлом?
– В прошлом году тоже было очень много болельщиков, уже не смогу сейчас сравнить. Может быть, сейчас было больше зрителей вдоль трасс, но такие же трибуны были 100% собраны и в прошлом году.

– Вы как-то рассказывали в интервью, что, если этап проходит не так далеко от Тюмени, вы можете добраться до места проведения соревнований на машине, а не централизованно. В Златоуст вы добирались с командой или отдельно?
– Я приехала с командой, не на своей машине. Да, мне удобно на своей машине добираться, но, когда ты бегаешь старты в таком плотном графике, это очень сложно: ты и так устаёшь в дороге, когда тебя везут, а когда ты ещё и сам за рулём, это вдвойне сложнее. Поэтому, когда у нас плотный график, я стараюсь ездить с командой и больше отдыхать, а не напрягать себя.

– По итогам Кубка России у мужчин в общем зачете были очень плотные результаты, четко выделяется тройка – Эдуард Латыпов, Антон Бабиков, Кирилл Бажин, у девушек тоже в отставании меньше 60 очков находятся три спортсменки – вы, Кристина Резцова и Наталия Шевченко. Такая статистика – показатель того, что в России биатлон конкурентен?
– Да, конечно, это здорово, когда плотная борьба, когда не кто-то один вырывается и лидирует, а когда топ-10 плотный, потому что мы так показываем, что у нас есть конкуренция. Если у тебя что-то вдруг где-то не получилось, всегда есть подстраховка: девчонки здесь, они долго не будут ждать и сразу займут место поближе. Здорово, когда есть конкуренция, мне нравится, и, если честно, когда ты выигрываешь несколько секунд, это даже круче, чем, как говорят, когда ты выигрываешь «в одну калитку», потому что ты понимаешь, что ты боролся до последнего. Это приятнее, на самом деле. Я люблю борьбу и всегда говорю, что так интереснее. Даже когда на рубеж ты приходишь в борьбе. Понятно, приятно, когда ты приезжаешь в преследовании, у тебя ещё минута в запасе, никого нет, ты спокойно отстрелялся и поехал (смеётся), но зрелищно и красиво – это когда ты выигрываешь в борьбе.

– Хотелось поговорить и про шоу-формат соревнований: в этом сезоне вы стали капитаном команды в Прологе. Почему решили попробовать себя в этой роли? Какие впечатления от этого опыта у вас сейчас?
– Получилось так, что Александр Вилорьевич (Пак. – Прим. «Совспорта») мне позвонил и сказал: «Вика, Наталья Гербулова – которая Дуркина сейчас – пропускает сезон, нужен капитан, сможешь пойти на её место?» Я говорю: «Почему я? Может быть, кто-то другой?» «Да давай ты, попробуй себя в роли руководителя!» Я подумала, посчитала, что, наверное, это не помешает мне выступать в моих личных гонках, тем более, у меня уже был опыт в Прологе, я уже участвовала в нём в команде Саши Логинова. Поэтому я, в принципе, понимала, что это и как это, подумала: «Ничего страшного, наберу свою команду, своих людей». У меня прекрасная команда, мы все общаемся и дружим, друг друга поддерживаем. Да, не всё всегда получается, но я больше расцениваю это как игру, как возможность получить опыт для своих основных соревнований: где-то психологически себя немного перебороть, поработать над скорострельностью. Это ещё и психологический опыт, особенно в дуэльной стрельбе. Я думаю, что всем ребятам, которые участвуют в Прологе, это как-то поможет и они, может быть, станут более стрессоустойчивыми на рубежах, когда уже будут проходить основные гонки.

– Такие соревнования как-то помогают сбросить напряжение перед основными стартами?
– Думаю, да, это психологически разгружает, мы веселимся, друг друга подстёгиваем. Мы с капитанами друг с другом боремся. Это, конечно же, всё честно, справедливо и не со злостью. Наверное, все замечают, что я всегда Емерхонова стараюсь подколоть из-за того, что он постоянно всё выигрывает: набрал себе шикарную команду, спортсменов – «тёмных лошадок», о которых я вообще раньше не знала: я не знала, что из себя представляют Блинов, Зубарев… И вот он набрал себе этих ребят и девчонок, и они прекрасно у него выступают, он в отрыв от нас уходит, и я постоянно стараюсь его психологически задеть и, может быть, где-то выбить, но у меня не очень получается. Видимо, у Евгения нормально всё с психологией (смеётся).

– А как вы придумали название команды? Обсудили в чате?
– Да, мы обсуждали в чате. У нас была жеребьёвка, мы выбрали себе спортсменов в команду, я создала группу, написала: «Ребята, я ваш капитан, вы мои спортсмены, у нас есть команда, мы будем бороться, давайте придумаем название». Я не придумывала название, дала им шанс это сделать, и кто-то написал: «Давай в честь нашего капитана назовём «Виктори», всё чётко, Виктория – «победа».

– В этом году в командах много представителей региональных команд, много молодых спортсменов. В вашей – молодые Кира Дюжева, Кристина Павлушина, Юлия Шеллер. Какие у вас эмоции от общения с ними? Что думаете об их перспективах?
– Юля и Кира – это девчонки, с которыми я в этом сезоне тренировалась, я их, конечно же, уже знала, и мне было очень приятно взять их в свою команду, наверное, ещё и той точки зрения, чтобы дать им шанс проявить себя. Вообще, когда мы составляли списки тех ребят, кого бы мы хотели видеть в Прологе, я старалась писать даже не лидеров, которые занимают места в топ-10 или топ-15, а тех людей, которые на 20-30-х местах, где-то кто-то из них выскакивает, у кого-то не получается. Мне было интересно узнать, какие у нас спортсмены ещё есть. Лидеров мы знаем, мы видим их по телевизору, они на виду постоянно, но есть же ещё другие спортсмены, которые тоже хотят участвовать, бороться, поэтому я больше писала не таких известных спортсменов. Поэтому в этом году участвуют очень много ребят и девчонок, которых мы сейчас узнаём, которых узнаёт вся Россия, и, возможно, у кого-то из них пока не получается личный результат на стартах, но в Прологе многие показывают, что они и очень резкие на ста метрах, и стрельба у них прекрасная и быстрая. Я считаю, что Пролог – это, наверное, открытие новых имён.

– Молодое поколение биатлонисток, которым сейчас по 20-22 года, отличается от вашего поколения?
– На самом деле нас, взрослых, уже не так много осталось. Мы иногда собираемся, например, с Кристиной Резцовой обсуждаем наше поколение и то, которое сейчас. Разницу мы видим, чувствуем. Наверное, мы были как-то, может быть, поскромнее, сейчас молодёжь какая-то дерзкая, наглая, она прямо врывается. Мы поуважительнее, так скажем, относились к более старшим спортсменам, которые уже показали результаты, которые были и на Кубках мира, и на Кубках IBU, выигрывали чемпионаты России. Не скажу, что плохо, что сейчас такая молодёжь, но мы были не такими (смеётся).

– Они больше проявляют себя в социальных сетях: Кира Дюжева снимает интервью и макияжи, многие девочки записывают видео в разные соцсети. Как относитесь к такой их деятельности?
– Я не считаю, что это плохо, и, если относиться к этому с головой, грамотно распределять время, чтобы посвятить его часть, например, макияжу, монтированию каких-то роликов, записи видео, рисованию, вязанию, то пожалуйста, это разрешено. Не вижу здесь ничего плохого, потому что мы все люди, у всех есть интересы, все хотят заниматься чем-то, кроме спорта. Спорт не вечен, и, мне кажется, таланты, которые есть у человека, в любом случае пригодятся в будущем. Вот я смотрю на Киру: она просто нереально крутая, потому что она уже в своём возрасте – ей 23 года, кажется, – так монтирует видео, делает такие ролики шикарные, просто блеск. Какие она рекламы делает для брендов, которые представляет, – это круто. Надеюсь, что ей это не мешает, что она грамотно распределяет своё время и успевает и тренироваться, показывать результаты, и заниматься вот такой красотой.

– Такая открытость помогает делать биатлон ещё ближе к болельщикам?
– Думаю, да, потому что Кира сейчас не только делает макияжи, но и записывает видеоинтервью небольшие. Ну как небольшие – они по 30-40 минут у неё, и вопросы она задаёт где-то даже не про спорт, поэтому болельщики могут узнать что-то про детство спортсмена, что-то про его жизнь, возможно, что-то, чего никогда не спросят в СМИ, что-то, что далеко и никому не известно. А когда ты хорошо знаешь спортсмена, мне кажется, это лучше, чем когда ты знаешь только его обложку, то, как он бегает и стреляет, и всё. Когда ты знаешь его как человека, наверное, даже намного приятнее болеть, общаться с такими спортсменами.

– Вы же были на интервью у Киры?
– Да, я была у неё на интервью. В Раубичах мы с ней записывали летом.

– Есть вопрос, который вам запомнился из него больше всего?
– На самом деле сейчас даже не вспомню, потому что было очень много всего (смеётся). Мы разговаривали, вспоминали очень разные моменты из моей жизни, из детства. Какого-то интересного вопроса сейчас, наверное, нет, но, думаю, то интервью, которое было снято Кирой, показало многим болельщикам, какая я, то, что я пережила, какие были у меня моменты в жизни, что было у меня в детстве. В плане спорта все про нас всё знают, поэтому вопросы про спорт уже задавать вообще не интересно (смеётся), нужно, конечно, задавать вопросы, которые вообще не касаются биатлона. Это, наверное, будет более привлекательно для болельщиков, для телезрителей.

– А чем вы занимаетесь в свободное время в качестве хобби?
– У меня не так давно появилось свободное время. Я наконец-то закончила учёбу, которую я планировала. Университет закончился, и сейчас, в принципе, ничего серьёзного я не делаю. Не так недавно связала игрушку, крючком в первый раз в жизни вязала, могу выкладывать какие-то картины стразами, вышивать бисером, почитать книжку, иногда бывает, что ты очень сильно устаёшь, и вообще ничего не хочется делать. Ну и есть обычные дела, которые накапливаются, как и у всех людей, их тоже нужно выполнять.

– А что за игрушка?
– Я выкладывала в сети: у меня волчонок получился серенький, с красным шарфиком (смеётся). На самом деле я думала, что это очень легко и взяла такую работу, но мне было сложно начать, потому что я вообще не могла понять, как это делать, но наконец-то я поняла, и у меня получилась эта игрушка. Я думала, что свяжу просто что-то ужаснейшее, но симпатичный волчонок получился (смеётся). Планирую, что, может быть, в ближайшем будущем ещё что-нибудь свяжу, уже побольше.

– Вы же, насколько я помню, занимаетесь вязанием не так давно?
– Вязать я начала, наверное, со вкатки. Да, там начала вязать, так скажем, наплывами: немножечко повяжу, потом почитаю что-то. Потом у меня была цель дочитать «Анну Каренину», поэтому я её упорно читала. У меня, на самом деле, нет такого, чтобы я с головой куда-то провалилась и всё: я могу сегодня повязать, потом забыть на неделю, не вязать и заниматься каким-то другим делом, потом вернуться. Нет такого, что, если я вяжу, то делаю это всё свободное время.

– Почему дочитать «Анну Каренину» стало прямо целью?
– Просто я давно начала эту книгу читать, читала, читала, потом в какой-то момент, возможно, мне стало неинтересно, и я её забросила, могла уже начать другую книгу читать, а эту дома оставить, потому что она толстая и её тяжело возить. И вот как-то я её забросила, не было желания, а потом поехала тренироваться в Сочи на сборы перед Кубком Сильнейших и взяла её с собой. Потом я решила, что всё, сейчас я её дочитаю уже, отправлю домой и забуду (смеётся). Просто была цель за четыре дня до конца сбора дочитать, кажется, 300 страниц, но они были такие мелкие и так тяжело и долго читались, что мне это время казалось просто вечностью (смеётся). Поэтому я читала с постоянным напрягом: приду с тренировки, думаю, мол, спать не хочу, значит, почитаю, всё, читаю – уснула. Так же вечерами, но я прямо читала и читала всё свободное время только чтобы дочитать её (смеётся).

– Вы любите читать художественную литературу или какие-то другие произведения тоже?
– Я люблю что-то про любовь: и смотреть фильмы и сериалы какие-нибудь, и читать. Меня не привлекают ужастики или детективы, мне это не интересно. Мне нравится больше смотреть комедии, чтобы посмеяться, или что-то про любовь.

– Есть какая-то книга, которая вам запомнилась больше всего или которую вы можете назвать любимой?
– Больше всего мне запомнился «Портрет Дориана Грея». Эту книгу я люблю и не могу забыть, потому что она мне очень запала в душу, и мне было очень интересно её прочесть.